С жителем Миасса, бывшим инженером КБ машиностроения, фотографом, коллекционером живописи, писателем Александром Васильевичем Ушковым я был знаком давно. Прежде преимущественно только здоровались на фотовыставках и прочих культурных мероприятиях, а в последние годы его жизни стали хорошими приятелями. Может, потому, что пожилой горожанин в своём возрасте оказался одиноким в городе: ровесники-товарищи и жена ушли в иной мир, после безвременной смерти сына он жил с семьей внука, стараясь не докучать молодым людям, новых друзей не обрёл.
автор этих строк и Александр УшковПрежде, чем продолжу рассказ о нём, отмечу, что в городе Александр Васильевич был хорошо известен. Он награждён двумя орденами Трудового Красного Знамени, медалью имени В. П. Макеева, знаком «Изобретатель СССР» за плодотворную деятельность в КБ машиностроения. Выйдя на пенсию, весь отдался своим увлечениям фотографией, путешествиями, журналистикой и писательской работой. Он оказывал поддержку молодым фотографам, а художникам помогал в организации выставок, написал немало прекрасных статей о творческих людях Миасса, снял документальный ролик о культовом актёре Леониде Оболенском, который одно время жил в Миассе.
Кроме того, создал восемь книг, посвятив их своим друзьям и соратникам, а также размышлениям о смысле жизни, истинах, которые помогают людям реализовать себя, быть интеллектуально и нравственно развитыми, культурными.
Правда, его книги построены таким образом, что в них оказались вовлечены многие публичные горожане, известные и малоизвестные, имеющие всевозможные заслуги перед Миассом. Причем вовлечены не по своей, а по воле автора в роли пассивных участников дискуссий на разные общественно-культурные, философские и просто жизненные темы, которые вёл с ними на страницах своих книг Ушков.
Александр Васильевич просил уважаемых и видных миасцев написать и прислать ему электронной почтой письмо на предложенную тему, а потом в своей очередной книге, как правило, оспаривал их мысли и мнения, в основном критикуя. Такой «подход» к доверительной, как надеялось большинство его корреспондентов, переписке многих огорчал и даже обижал. Кто-то переставал ему писать, а то и звонить, и вообще общаться. Таким же образом он поступал и с моими письмами. Но я старался не обижаться, продолжал быть с ним приветливым и деликатным, все же надеясь в участившихся встречах прояснить, почему он так «беспардонно» использует искренние, вдумчивые послания, как правило, достойных и почитаемых людей Миасса.
Полностью исключал мысль, что он делал это из гордости, желая своей критикой возвысить себя над «оппонентами».
Свою позицию он неоднократно разъяснял в своих книгах, но после моих настойчивых просьб уточнил: он давно ищет простые истины, а точнее – идеалы добра, которые бы помогли исправить людей, забывших о морали, честности, совести, преобразить общество, погрязшее в пороках.
Конечно, Ушков ведал, что человечество в лице своих мудрецов, ярких писателей, философов, богословов давно занято подобным поиском. Но при этом считал своим гражданским долгом вовлечь в этот процесс как можно больше своих земляков, которые, по его мнению, составляют элиту городского населения, имеют политический вес, авторитет, знания и средства влиять на других, на жизнь Миасса, области, страны.
— Для меня очень важно: выявить причины, закономерности того, почему общество деградирует, а люди мельчают, теряют порой тот приятный облик, который был обычным в советские годы, — говорил он. -. Что можно и нужно сделать для их исправления? Вот я и вызываю моих друзей по переписке на эти разговоры о важном, о принципах, правилах, по которым надо жить. Порой бываю прямолинеен, категоричен, но исключительно для того, чтобы найти и чётко определить необходимые нам сейчас смыслы для улучшения нашей жизни.
После этих слов я убедился: он искренне, всем сердцем беспокоился о состоянии нравственности и культуры в нашем обществе.
Из советской эпохи он перенёс в наши дни неизмененными многие представления о цели жизни человека, его образе жизни, поведения, образованности и культурности. Настольными его книгами остаются труды Ленина, видных апологетов социализма и его идеологии. Вместе с тем он интересовался современными течениями культурной, философской, духовной жизни. Тем же учением Николая Рериха и его последователей. Но, как мне показалось, это и породило в его голове некоторую «кашу», которую «потребить» с пользой было очень трудно.
Однако это не мешало мне и многим горожанам глубоко уважать Александра Васильевича и ценить его мыслительные и творческие потуги. Тем более, что в последний год жизни усилился его интерес к христианской, православной трактовке тех событий и общественных явлений, которые мы обсуждали.
— Не могу понять, почему люди равнодушны к идее отыскать те простые истины, которые могли бы стать компасом для них в бурной суматохе их жизни, вывести их на правильный путь! – нередко сетовал он на долгое молчание иных своих оппонентов, обещавших прислать очередное письмо.
— Александр Васильевич, согласен, что многие сейчас живут, особо не задумываясь о смысле и цели своей жизни. – отвечал я. – Но это не значит, что в них нет «маячка», который может из душевного шторма, из тьмы жизни вывести к свету и покою. Маячком часто служит православная вера, дающая обратившимся точные понятия об истине, пути и подлинной жизни. Они просто, не мудрствуя лукаво, живут, следуя учению Христа. Будем снисходительны также к тем, кто озабочен больше мирским. Завтра их может озарить свет вечного, нетленного даже без их стараний – по милости и желанию Всевышнего.
— Может быть, — нехотя и раздумчиво произносил Александр Васильевич.
В своей последней книге «Зачем и как Человеку жить?», в главе «Эпилог моих размышлений…» он пишет: «Глобальная причина хаоса вкусов, взглядов, веры, принципов, целей, идеалов – нейтральность сути предназначения человека. Нет единой цели… Люди живут по-своему, как могут, как хотят…». Ушков же искал универсальные рецепты достойной Человека жизни.
Александр Васильевич называл такой вариант спасения человека и народов: «оптимальная культура и оптимальный образ жизни, труда, этика поведения…». Понятие «культура» он наполнял особым смыслом и видел в ней мощное средство исправления заблудшего, утонувшего в Хаосе жизни Человека.
95-летний атеист Александр Ушков рационалистическим, пытливо настроенным умом всё же пришёл к неким выводам, за которыми недалеко до христианского взгляда на мир и человека.
Косвенное доказательство этому: в день похорон он был отпет по православному обычаю.
Книги Александра Ушкова
Валерий Ерёмин
